Далеко не все.

Жду критики, желательно обоснованной.

Пираты

Воды окрасились красным:
Сегодня красивый закат.
Наверное, ночь будет ясной..
Причалил престранный фрегат.
Он долго плавал, а море
Нам стало роднее земли.
Хлебнули мы рома и горя,
Мы грабили те корабли,
Что нам на пути попадались,
И, не щадя никого,
С несчастными мы расправлялись:
Ведь с нами всегда было зло.
И снова, смеясь и ругаясь,
Мы пили оставшийся ром.
Мы с жизнью давно распрощались:
Тогда мы покинули дом.
Теперь нам родным стало море,
Нам чужда твердость земли.
Видно, такая вот доля:
Пить ром и жечь корабли.

Про Лану и сапфиры.

Прикованы к цепи сапфиры
Умелой рукой ювелира.

И носит на шее их дама,
Актриса по имени Лана.

Сверкает на солнце изделье -
Награда оно за безделье.

Не любят такого сапфиры.
И что, что Лана в эфире?

Когда приходит с работы,
Лану обходят заботы:

Она у шефа в постели,
Герои уже разделись.

Оставим любовников вместе
На неитересном месте.

Пока они будут вдвоем,
К изделию мы подойдем.

Сапфиры мутнЫ и погасли,
А все потому что напрасно

Лане дарили сапфиры.
Ее не любил ювелир их.

Он душу вложил в украшенье
И не потерпел пораженья.

У Ланы сапфиры бледнеют,
От этого Лана звереет.

привыкла к бездушным вещичкам.
Страшное дело - привычка.

О, ужас, сапфиры тают!
В эфире Ланочка лает.

Она превратилась в собачку,
На леченье ушла вся заначка.

Такая история, други.
Не быдем выслушивать ругань,

Которую Лана кричала,
Когда совсем осерчала.

Скажу только вам по секрету
Что можно из речи из этой

Услышать лишь парочку слов,
Чтоб от смеха лишиться боков.

Что дальше было - не знаю,
Хоть может потом и раскаюсь.

Мораль же ищите сами.
Но просьба: не бейте ногами.

Песенка пьяницы, засидевшегося в трактире.
G                       C
Плесни еще вина, дружище,
E                                 Am         
И ночь пройдет, и день в пивной.
G                                 C
В трактире воздух будто чище,
F                Em         Am
А может, это я хмельной.

Искали ль правду в алкоголе,
Топили ль горе – все равно
Теперь с тобой пьяны, безвольны,
Но не жалей, ты лей вино.

Назавтра, может, будет плохо,
Похмелье, брат, не пустяки.
Сейчас же весело и легкий
Табачный дым висит в пыли.

Трактир давно не убирался,
Мне, брат, на это наплевать.
Ох, брат, похожу, что упал я –
Заснул и не хочу вставать.

***
Может, спьяну, а может, спросонья
Я увидел таинственный знак:
Мне кричала с утра тетя Соня,
Чтоб собрал силу воли в кулак. 

И кричала, мол, будешь богатый,
Коли водку не будешь хлестать.
Я ответил, что ей компромата
На меня все равно не собрать.

Говорила мне старая ведьма,
Что коль трезвый я встану к утру
Буду счастлив и буду к обеду
Говорить на подмостках муру.

Я ей прямо сказал, чтоб отстала,
Что жена все равно не придет,
Что ее к себе вызвала мама,
Чтоб я нервы свои поберег.

Что еще мне кричала старуха,
Что еще мне велела свершить –
Я не помню, ведь слушал в пол-уха,
Но суть в том, чтобы бросил я пить.

Я кричал:  «лишь тогда пить я брошу,
Когда сам я увижу чертей!
И когда мне зеленый положит
На тарелку штук пять сухарей!»

И тогда поклятущая Сонька –
Хлоп в ладоши, как свистнет – ей-ей.
Предо мною возник чертик Пронька,
Отвалил мне пять штук сухарей!

Тут я крикнул: «У, старая ведьма!
Ты гипнозом меня не возьмешь!» -
Хвать чертеночка- «Перед обедом , -
Я кричу, - По рюмашке – даешь!»

Черт зеленый все морщился, нытик,
И вопил на чертовьем своем,
Что он хочет домой,  и что выпьет
На дорожку и дальше пойдет.

Пили долго, закусывать нечем,
Так пришлось кое – как, рукавом.
А потом, на завтрашний вечер ,
Нас обоих забрали в дурдом.

Я кричал, отбивался и мучил
Диким воплем докторский слух.
Ну а черт лишь тихонько канючил,
Мол, жена не дождется в пруду.

Дальше – все как в тумане,
Не помню, чем нас пичкал прехитренький дед.
Помню вопли моей, Гали,
И что черт как сед сосед был одет.

А теперь я сижу, бедолага,
После смены, как стеклышко трезв.
И сосед мой, тот самый чертяга
За стеной у себя рыбу ест.

Тоже трезвый – как стеклышко банки,
Что супруга открыла зимой.
Ей капуста нужна для солянки,
А без водки солянка – не ой.

А с утра Сонька мне улыбалась,
Но с какой – то усмешкой лихой.
Хотя, может быть, мне показалось,
Что стоял у ней черт за спиной?

Арлекин

Я слышу, публика смеется.
Мне это даже хорошо.
Я – Арлекин, мне остается
Еще сильнее бить Пьеро.

Я в вечно яркой треуголке,
В костюме, что не мною сшит.
Я говорю предельно колко:
Лишь это публику смешит..

Давай же, зритель, смейся громче!
Я клоун, даже не урод.
Пусть взгляд зеленый мой по – волчьи
Презлобно смотрит на народ.

Еще пинок. Прости, дружище,
Ты не забудь, я – гадкий шут.
И пусть в душе одно кострище,
И угли больно пальцы жгут.

Финал. Конец. Застыли куклы.
И замер я. Но я живой!
Я вновь в отнявшиеся руки
Беру послушное перо.

И оживает бурный пламень
На углях сердца у шута,
Чтоб снова превратилась в камень
Земных пророков суета.

Я тихо тлею от порывов сердца.
Я Арлекин, и я живой!
Вот только шутками моими не согреться…
И я сгорю на людной мостовой.

Арлекин - 2
Я нарисую яркий грим.
Меня зовите Арлекин.
Смешить сегодня буду вас,
Послушайте мой глупый сказ.
Звенит грозою мой колпак,
И занят бубном мой кулак.
Я мудр, но все же я дурак,
Я подниму свой яркий флаг.
Поеду на осле верхом,
Переверну вверх дном весь дом.
Затею я в гостях дебош,
Не все, что говорю я - ложь.
Я шут и клоун, дуралей,
Мой долг - всегда смешить людей.
Но вот в права вступает ночь,
И гости все уходят прочь.
Смываю клоунский свой грим.
Меня зовите Арлекин.

***
Дыханием согрей стеклянный лед.
Холодным жестом лоб перекрести.
Нам суждено тяжелый груз нести,
Коль оборвется длительный полет.

Пожарами сгорают наши души.
Нам дверь откроют клоун и урод.
Надавим на сияющий курок,
Иль адский жар парами нас задушит?

Сияньем слез окрасится закат,
Мороз по коже инеем застынет,
Морской прибой от наших лиц отхлынет,
Открыв цветные дыры памятных заплат.

Кровавым месивом плюют в сердца людей
Безумные газеты и журналы.
И буквы, напечатанные алым,
Швыряют в лица череду идей.

Слюда воды под радужною пленкой
Коснется влагой пересохших губ.
И ветер, что был с нами груб,
Нас позовет отчаянно и громко.

Дыханьем не согреть холодный лед.
И рук с тобой поднять мы не сумели.
Могилы наши занесло метелью.
Так оборвался длительный полет.

И дуэльное. Тема:  лед и пламя.

На льду ярко – красный закат
И в пламени грязные строки.
Холодные пальцы. И в перстне агат.
Глаза голубые жестоки.

Небес темно – синих покров,
Отчаянный крик «Уходите!»
Безумье несбывшихся снов
Роскошней сражений и битвы.

В холодное пламя ступил,
И резко вдруг крик оборвался.
Огонь, словно водку он пил,
Он жара и искр не боялся.

Последний хрипящий аккорд.
Финальная строчка романа.
Искрящийся тонкий узор –
На инее яркое пламя.